214 дней, 2 часов, 30 минуты

До всемирного дня диабета!

Диафон: В день «впервые выявленного»…

В ДЕНЬ «ВПЕРВЫЕ ВЫЯВЛЕННОГО»…

Такие вот дела, товарищи. В этом году снова настаёт для меня 11 декабря. Дата — как на неё смотреть. Можно как на «кровавое воскресенье», можно — как на второй день рождения. Сдаётся, по сути правильнее будет второе.
В прошлом году я тоже что-то писала, по-моему, насчет дня, когда заболела диабетом. Это можно понять: просто не писать, не помнить об этом трудно по многим причинам. Это ведь перелом. Есть понятие в научной терминологии — «точка бифуркации». Если упростить до обыденного понимания, то смысл такой: это момент, когда линия событий, доселе шедших себе и шедших, раздваивается на два равновозможных варианта дальнейшего развития.
Человек, заболев диабетом, встаёт на этом бифуркационном распутье. В принципе, подсознательно, он делает выбор сразу — умереть или продолжать жить, но по-другому. Звучит дико, но это так, и со мной многие согласятся (отрицание болезни иногда не проходит никогда, а разве это не путь медленной смерти?). Но, и я повторяю это «но», как важно, чтобы рядом был человек, который вытянет тебя из ямы, запряжётся в тот неподъемный воз проблем, в одночасье на тебя обрушившийся.
Чаще всего такими спасателями становятся наши мамы. Это в прямом смысле слова героические женщины, которые, вопреки поговорке, в одиночку вступают на поле боя за жизнь своего ребёнка. Ей-богу, если бы я была президентом, то давала бы всем матерям детей с СД Орден мужества. Наряду с родителями детей, больных по гематологии, онкологии и страдающих многими другими заболеваниями, когда очень и очень трудно. Они этого заслуживают. Моя мама, Татьяна Евгеньевна Митасова, была бы, конечно, первой в списке. Просто потому, что она — моя мама. И 11-ю годовщину моей второй жизни я посвящаю ей, как и эту статью.
Не помню, чтобы мама, когда приехали в первый раз ложиться в больницу с моим диабетом, впала во что-то, хотя бы отдалённо напоминающее панику. Мама — очень сильный человек, вынесёт всё, что бы жизнь ни подкинула. Ага, диабет. Ну, что же… Меня — под капельницу, мама — рядом на стуле, болтаем о чём-то, только смотрит на меня какими-то неживыми глазами. Я тогда не заметила. Потом только, когда много времени прошло. Вот фотография: летом после заболевания в оздоровительном лагере у нас, под Балаково. Сижу на огромном якоре возле пляжа, защемлённом между двумя деревьями. В сарафане цветастом. Смеюсь взахлёб над чем-то. Две ножки-спичечки, две ручки-ниточки.
Голова кажется огромной на тонюсенькой шейке. Блин, думаю я сейчас, а ведь выжила. Сколько ночей мама не спала, будила мерить кровь. Сколько книжек проштудировано… Вот таким страшилищем, полупривидением-полуживой выкарабкалась тогда. Отцу бабушка посылала пять телеграмм: «Приезжай, Маша умирает». Не приехал.
…Так вышло, что всем в моей жизни я обязана маме. В первую очередь, конечно, самой жизнью. (Об этом я громко и долго орала в роддоме, так что о моей благодарности знали все врачи и медсёстры, пытавшиеся меня успокоить.) Потом — безоблачным детством, которому — я сейчас сознаю это особенно чётко — позавидует любой, хотя приходилось сложно: отец оставил семью, когда мне было около трёх лет. Музыкальная школа, куда мама, сама педагог (правда, в иной области), отвела меня в возрасте 6 лет, дала отличное культурное образование, благодаря этому сейчас я могу сказать, что принадлежу к числу интеллектуально «подкованных» молодых людей. Кстати, с железными нервами: концертные выступления с залами под тысячу мест — это серьёзный тренинг и закалка на всю жизнь. Стоит такая семилетняя сопля в хоре, лицо каменное, и исполняет какой-нибудь «Gaudeamus» на латыни. Ну, а потом — я уже привыкла к такому ритму жизни — сама устраивалась на компьютерные курсы, курсы английского, немецкого языков, а затем стала приобщаться к профессии, о которой мечтала с детства, — журналистике. Поступила в университет, получила права, устроилась на любимую работу…
Конечно, в том, какой я стала, в титаническом труде поднимания ребёнка принимали участие ещё многие люди: моя покойная ныне бабуля, обожавший меня дед, который ушёл из жизни ещё раньше, моя тётя, у которой я была вместо собственного ребёнка и которая не чаяла во мне души, и по сей день без неё не мыслю себя. Но без маминой поддержки не было бы ничего.
У каждого, уверена, из читателей «ДН» есть такая дата — день «Впервые Выявленного». Кто помнит о нём, кто не хочет. Но я предлагаю в эти дни говорить спасибо своим матерям за то, что мы живём. Начну я. На всю страну говорю: мамочка, спасибо тебе за всё. Ничего не бойся и ни о чём не волнуйся. Теперь всё будет только лучше и лучше. Я очень сильно тебя люблю!

Мария Митасова

От редакции.
Не каждый день в почте редакции прочтёшь такое письмо, где всё пережитое так искренне, так мужественно вспоминается и осмысливается. День впервые выявленного диабета не проклинается автором письма — молодой девушкой, а принимается как данность. И мы решили поддержать и Машу Митасову, и всех, кто думает так же, как она. И поэтому «ДН» объявляет акцию «День впервые выявленного». Это значит, что мы будем публиковать и другие истории, рассказанные нашими читателями.
Истории так похожи друг на друга, и всё же нет двух одинаковых — как говорят врачи, у каждого свой диабет.
Мы награждаем Машу за идею новой акции — дарим ей цифровой диктофон, он пригодится юной журналистке. Следующий приз мы будем вручать через три месяца. Ждём историй о ваших взаимотношениях с диабетом.

Оригинал статьи можно найти на Официальном сайте газеты ДиаНовости