Диагрань: Поджелудочная железа очень ранима

Эндокринолог Ирина молодой, но уже успела поработать в разных клиниках России как столичных, так и периферийных. После окончания ординатуры Саратовского государственного медицинского университета она трудилась в Москве, а сейчас ведёт приём в подмосковном городе Долгопрудном. Почему выбрала эту специализацию? Говорит, что ещё будучи студенткой, не раз замечала, как её друзьям и знакомым доктора не всегда давали чёткий ответ на волновавшие их «эндокринологические вопросы». Точной схемы лечения таким людям предложить никто не мог. А Ирине очень этого хотелось. Она чувствовала, что за этим разделом медицины будущее, в чём не ошиблась и своим выбором очень довольна.

- Ирина, наверное, столичная и околостоличная диабетическая помощь очень разнятся?

- В Москве больше возможностей во всех смыслах и в первую очередь для поддержки людей с диабетическими осложнениями, к примеру, для лечения той же диабетической стопы. В области с этим гораздо сложнее, в Долгопрудном кабинета ДС нет. А таких пациентов предостаточно и добираться им на консультацию в МОНИКИ, а потом ещё ждать госпитализации весьма проблематично. Чаще всего больной наблюдается у местного хирурга, и сроки его реабилитации сильно затягиваются.

В г. Долгопрудном на сегодня зарегистрировано более 2000 человек с СД, около 80 процентов из них страдают диабетом 2 типа. Число людей с этим диагнозом неуклонно растёт, буквально каждый день в наш кабинет приходят «новички», направляемые коллегами-терапевтами.

- Среди них больше мужчин или женщин?

- Женщины преобладают прежде всего потому, что они вообще больше следят за своим здоровьем и чаще обращаются к врачу. Сильный пол в этом плане намного легкомысленнее. Любопытно, что сейчас расширяется «семейный список»: обнаруживается СД у жены, а через год попадает к нам и муж. Сказывается единое питание и образ жизни, да и вредные привычки друг от друга быстро пристают. У тучных родителей, как правило, нездорово упитанные дети, и это связано не только с наследственностью, но и с тем, что питаются они так же, как папа с мамой. Тема лишних килограммов крайне злободневна для 14 —16-летних. На фоне избыточного веса подростки нечувствительны к собственному инсулину. Помимо несбалансированного питания дома их инсулинорезистентность провоцирует увлечение хот-догами и всякими «энергетическими» напитками, плюс бесконечное сидение у компьютера, ночные бдения и прочее. А в переходном возрасте — гормоны, повышающие сахар крови в разы; если это не учитывать, можно запустить механизмы СД и «заработать» серьёзные проблемы на всю оставшуюся жизнь. Так что за этим должны следить и родители, и врач, потому что молодые, как правило, не задумываются о здоровье.

- А что делать тем, кто пребывает в так называемом «пограничном состоянии»? Говорят, их тоже всё больше?

-Тот, кто оказался под угрозой СД, должен ясно осознать, что его дальнейшее самочувствие на 70, а то и больше процентов, зависит лично от него — от того, сумеет ли он прислушаться к собственному организму и взяться за себя. Что делать конкретно? Больше двигаться, гулять на свежем воздухе. Изменить рацион в сторону рыбы, овощей, фруктов, отказаться от сухомятки и сладостей. Пересмотреть свой дневной и ночной режим, понимая, что хроническое недосыпание ведёт к истощению бета-клеток. У всех свои биоритмы, но я советую раньше ложиться и раньше вставать, как делали наши бабушки и дедушки. Потому что до 12-ти сон восстанавливает красоту, после 12-ти — только силу.

- Нагрузка областных эндокринологов велика?

- Она достаточно высокая, потому что наша ставка напрямую зависит от численности населения в данном регионе и существует далеко не в каждом лечебном учреждении. Такая ситуация по всей России. В 2003 году я работала в Пензенской области, и там было предусмотрено лишь совмещение должностей терапевта и эндокринолога. А чтобы «выбить» отдельную штатную единицу, пришлось затратить немало усилий.

- Самый интересный случай из вашей практики?

- Вспоминаю, как однажды обратилась 65-летняя сельчанка, похожая на «божий одуванчик», настолько высохла она из-за многолетнего повышенного сахара. У неё было серьёзное поражение нервных стволов, атрофированные мышцы и сильные боли в ногах. Я настойчиво убеждала её, что надо перейти на инсулин, и когда это, наконец, удалось, улучшения долго не было. Эффект наступил месяцев через семь. Мы уже почти не верили в успех, но боли всё же ушли, вес нормализовался, и это была наша общая с ней победа, хотя и очень непростая. Я считаю, что содружество с пациентом — основа лечения СД.

- Как часто надо к вам наведываться?

- Сейчас ведь все мы в свободном полёте и каждый определяет сам, к какому врачу и когда ему идти. Регулярность зависит от состояния и индивидуальных особенностей: кому-то достаточно двух раз в год, а кто-то вынужден ходить к нам ежемесячно. Важно наладить между терапевтами и эндокринологами взаимосвязь ведения людей с СД, и сделать первичный эндокринологический осмотр более доступным. А то бывает, из-за огромной очереди человек попадает к специалисту месяца через 3-4. Хотя то, что нам стало работать легче и проще — несомненно. Упорядочились стандарты и методика диабетологического лечения, и мы можем лабораторно оценить качество своих усилий, менять терапию в зависимости от того, на какой стадии болезнь и какие нарушения существуют. И выбор препаратов широк и разнообразен, и все критерии инсулинотерапии точно разработаны и прописаны.

- А Ваш рецепт того, как избежать СД?

- Для меня на первом месте стоит жизнелюбие, спокойный и мудрый настрой и доброе отношение к миру при любых обстоятельствах. А все другие рекомендации прозвучали выше.

Беседу вела Татьяна Петрова

Оригинал статьи можно найти на Официальном сайте газеты ДиаНовости