146 дней, 2 часов, 10 минуты

До всемирного дня диабета!

Диаоткровение: Лав-стори в кофейных тонах

ЛАВ-СТОРИ
В КОФЕЙНЫХ ТОНАХ

- «КАК НАСТРОЕНИЕ? СМОТРИ, МОЖНО ОТКАЗАТЬСЯ ОТ ЭТОГО ИНТЕРВЬЮ». — «ДА ЗАЧЕМ ЖЕ? НАОБОРОТ, ДАВАЙ УЖЕ НАЧНЁМ. ХОЧЕТСЯ, ЧТОБЫ ЛЮДИ ПРОЧИТАЛИ ЭТУ СТАТЬЮ И ПОДУМАЛИ, ЧТО НЕ ТАК ВСЁ В ЖИЗНИ ПЛОХО, КАК ИНОГДА КАЖЕТСЯ».

Мы со Светой сидим в кафе в центре любимого Саратова. Встретились после работы. Светлана — ведущий юрист в одной из крупных фирм нашего города. Ей двадцать девять, она — кандидат юридических наук, собирается писать докторскую. Очень любит вкус кофе, своего шикарного пушистейшего перса и немногочисленных настоящих друзей. А ещё у неё семь лет СД и недавно «разбитое» сердце. Не трагедия, не комедия. «Как у всех», — говорит она.
- История вполне обыденная, — Света делает маленький глоток «Эспрессо». — Заурядная, в том смысле, что уж больно распространённая.
- Среди твоих знакомых?
- Нет, вообще. Среди моих знакомых нет диабетиков. Ну, кроме тех, кто со мной в разные периоды в больницах лежал.
А распространённая, потому что люди при всей разности похожи друг на друга.
- Хорошо. Давай по порядку, с самого начала.
- О’кей. Олег не был моей первой любовью. До него — и до диабета — были молодые люди, мы общались… А потом я заболела.
- Это было трагедией?
- Да. Не буду стараться казаться бодрячкой. Для меня болезнь оказалась ударом. Мне ничего не хотелось. Вот ты во сколько заболела?
- В неполные двенадцать…
- А я в неполные двадцать два. Почти, как тебе сейчас. У меня была налажена жизнь, работа, учёба, личные планы — и на тебе. Тупик.
- Ты тогда была одна?
- Нет. Со мной были родители. Они помогли. Да я и сама упёртый человек. В какой-то момент стало ясно, что, пока сама не возьмусь за себя, это тоскливое болото не отпустит меня. Потихоньку выкарабкалась.
- Когда появился Олег? И как?
- Он на меня упал. В прямом смысле. Я шла по пешеходному переходу, а он несся мне навстречу, одновременно разговаривая по мобильнику и шаря в портфеле. Налетел на меня, и мы грохнулись. Костюм, помню, новый изгваздала напрочь…
- И?
- И, собственно, всё. Любовь адская (улыбается). Он работал архитектором в строительной фирме. У него здорово движется мысль, как сделать красиво, удобно, какой и к чему дизайн подойдет… Олег старше меня на год. Нам вместе было хорошо. Я его не просто любила, а обожала болезненно, до потери пульса. В какой-то книжке читала: «Нельзя любить слишком сильно — это гневит Бога».
- Когда ты рассказала ему про диабет? Это повлияло ли на ваши отношения?
- Полгода молчала. Не потому, что боялась или опасалась реакции. Просто не знала, как. Подсознанием ощущала, что после разговора что-то кардинально изменится.
- Говорят: как себя настроишь…
- Говорят. Наверно, в этом есть доля истины. А еще говорят: чего больше всего боишься, то непременно рано или поздно случается. Поэтому нельзя бояться. Олег, помню, только сказал: «Ничего не изменилось, я тебя люблю, всё будет хорошо».
- Когда такое слышишь — пусть даже в энный раз — так на душе здорово, да? И верить в это хочется…
- Да. Когда у меня появился диабет, я стала острее всё воспринимать. Чувствовать эмоции других людей, особенно их боль. А вот они мою — нет. Олег, наверное, не понял до конца, что я ему говорила про болезнь.
- Как ты ему об этом сказала?
-Обычным тоном, будничными словами. Что делаю уколы инсулина пять раз в сутки, чтобы можно было нормально, без особенных ограничений, питаться и чтобы сахар крови был в норме. Если бы тебе такое сказали, ты бы испугалась?
- Не знаю. Нет.
- Вот и он не испугался.
- А в чём тогда была причина разрыва?
- Он оказался сильно подверженным влиянию окружающих людей. Ему, видимо, столько всего понаговорили, что у него появилось желание бежать, куда глаза глядят. Когда узнали об этом его родители, естественно, стали отговаривать со мной встречаться. Мол, проблем потом не оберёшься. Они знали о диабете только то, что диабетикам нельзя иметь детей и что при диабете отрезают ноги. Он поверил. В этом вся штука.
- Ты пыталась объяснить, как всё обстоит на самом деле?
- Конечно. И мне кажется, он всё понял правильно, но против своего окружения не пошёл. И вот, в один прекрасный день он приехал ко мне домой. Уже тогда, когда он поднимался по лестнице, мне вдруг ни с того ни с сего стало очень холодно. И неуютно.
- Предчувствие?
- Наверное. Пришёл. Сели на кухне, я заварила чай. Говорили о какой-то ерунде. А на стол я купила вафель. Я вообще дико люблю вафли. Заболев, всё равно иногда их покупаю, колю на них дополнительно и наслаждаюсь. Короче, беру с буфета ручку, набираю дозу и колю её себе в живот. Олег долго молчал, а потом сказал: «Свет, ты прости. Я так не смогу всю жизнь, я, наверное, слабый. Прости, хорошо?», встал и быстро ушёл. Глупо?..
- Да уж… Не пришёл больше?
- Нет.
- Света, что это, по-твоему, было? Действительно ли страх, слабость? Или диабет стал просто предлогом?
- Можно назвать его слабым человеком или негодяем — кому как больше нравится. Хотя кто знает, как повели бы себя мы на его месте? Нет, правда! Я часто об этом задумываюсь. Это мы сейчас такие храбрые и правильные, когда нам деваться некуда …(смеётся)
- И, что дальше?
- Потом было то самое рутинное «болото». Засасывающее, парализующее волю. Меня поймёт каждый, кто это состояние испытал. Утром не хочется просыпаться, особенно первое время. Просто нет сил вставать с постели. Апатия. Звенящая тишина. Молчащий телефон. Чувство, будто время остановилось. Себя жалко не было. Было страшно, что вот оно, оказывается, как. Неужто так всегда будет? И что же, всю жизнь — одна?! А нужна ли тогда такая жизнь?
- Неужели были мысли о самоубийстве?
- Ну уж нет, не дождётесь! (Света в мнимом гневе бросает чайную ложечку на блюдце.) Нет. Я верю в Бога, в то, что жить надо, независимо от того, для чего ты пришёл в этот мир — радости, испытания или наказания. Для меня это было испытание. Мне было очень плохо. Не хотелось есть, пища просто не лезла в горло. От того, что нарушила режим питания, «поперли сахара». Частенько глюкометр показывал «High», а меня это ничуть не трогало.
- Что заставило прийти в норму?
- Сложно сказать, что конкретно. Скорее всего, время. Оно лечит. Ещё — самочувствие. Мне становилось хуже, и это касалось не только «сахаров». Я просто-напросто загибалась. Морально, физически. Однажды пришла мысль: а Олег-то сейчас вряд ли так же страдает. Он меня взял из жизни — и вычеркнул. И живёт себе, не горюя. Женился уже, поди. А я что? Кому хуже, кроме меня, от того, что я тухну? Очень медленно, но я стала «поправляться».
- Сколько прошло времени с того момента, как вы расстались?
- Год скоро.
- А с того момента, как ты решила воспрять духом?
- Три месяца примерно.
- Что произошло в твоей жизни за это время?
- Получила новую должность, защитила кандидатскую и съездила в Париж.
- Как сейчас твоё здоровье?
- Хорошо. Недавно прошла комплексное обследование, которое показало: всё в норме. Сахар тоже, что меня очень радует. Даже после вафель (смеётся).
- Считаешь ли ты, что надо мстить людям, которые сделали тебе плохо?
- Ты мужчин имеешь в виду? Нет. Не судите — да не судимы будете. Бог всё видит, кто, кому, что сделал, и обязательно воздаст по заслугам. Не нашего ума это дело — наказывать.
- Сейчас ты одна?
- Да. Нет, в моём окружении есть хорошие парни, при желании можно было бы…Но я чувствую, что пока не совсем оклемалась от той истории. Теперь, конечно, буду более осторожной. Обожглась на молоке и дую на воду. Война план покажет, как говорил один мой знакомый. Пока не сложилось. Но впереди ещё уйма попыток, правда же?
- Каким должен быть твой мужчина?
- Процитирую фразу из фильма «Доживём до понедельника»: «Счастье — это когда тебя понимают». Этого вполне достаточно.

Беседу вела Мария Митасова

P.S. Когда я расшифровывала запись с диктофона (он лежал на столике в кафе во время нашего разговора) и думала, как делать это интервью, то решила, что не стану ничего в нём менять, придумывать, комментировать. Пусть эта история, знакомая многим из нас, моя в том числе — дойдёт до ваших сердец и умов такой, какой мне её рассказала Светлана. Она того достойна.
Пережить подобное сложно. Ещё сложнее не потерять самооценку и надежду на лучшее. Но пережить, ребята, надо. Что нас не убивает — то делает сильнее.

Оригинал статьи можно найти на Официальном сайте газеты ДиаНовости