190 дней, 19 часов, 35 минуты

До всемирного дня диабета!

Нужно ли бояться гормонов? Разбираемся в вопросе

Нужно ли бояться гормонов? Разбираемся в вопросе
2309
4

Если менопауза неотвратима, то зачем помогать организму извне?

Менопауза — не болезнь, это физиологический период, но все зависит от того, когда она наступила. Если, например, в 40 лет, то женщина на целых 10 лет раньше перестала получать столь необходимые для ее здоровья гормоны яичников. Значит необходимо заместить, восполнить их. Мы даем натуральные гормоны в низких дозах, чтобы замедлить развитие болезней и старости.

А нужны ли они?

Разве можно жить без гормонов щитовидной или поджелудочной железы, надпочечников? А почему надо жить без половых гормонов? Зачем тогда носить очки, ведь возрастное ослабление зрения и слуха — это тоже физиология. Но нам хочется более высокого качества жизни, поэтому мы используем и очки, и слуховые аппараты. Мы живем в эру заместительных технологий.

Женщина проводит треть жизни в постменопаузе, она должна быть готова к этому, знать, что с нею происходит, и какие существуют возможности помочь себе в этот период.

Как влияют половые гормоны на здоровье женщины?

Они защищают ее от массы болезней. В первую очередь, от инфарктов и инсультов — ведущей причины смертности во всем мире. Ведь половые гормоны имеют много точек приложения в организме — это не только репродуктивная, но и центральная нервная, костная, сердечно-сосудистая системы. Этим объясняется колоссальная гамма симптомов при климаксе или у женщин, которым в силу различных обстоятельств удалили яичники.

Когда наступает менопауза, уровень собственных половых гормонов резко снижается, начинаются те самые «возрастные болезни» (атеросклероз, остеопороз, мочеполовые и другие расстройства), наступление которых можно отсрочить своевременным проведением ЗГТ.

Например, болезнь Альцгеймера у женщин встречается в 4,7 раз чаще, чем у мужчин. Но частота заболеваемости снижается, если женщина не менее 3 лет получает ЗГТ. Еще больше шансов защититься от этой болезни и деменции (слабоумия), если она получает гормоны от 3 до 10 и более лет.

Уже выполнено 23 больших исследования с участием более 39 000 пациенток и установлено, что при проведении гормонотерапии до 60 лет, уровень смертности снижается на 30%. Поэтому ЗГТ — это не только улучшение качества жизни, но и резерв по увеличению ее продолжительности.

Когда нужно начинать ЗГТ?

Есть два вида гормонотерапии. В пременопаузе, когда яичники еще вырабатывают собственные гормоны, но их уже недостаточно, назначают низкодозированные препараты, они поддерживают менструальноподобное состояние, что является профилактикой рака матки.

Если менструации уже прекратились, анализы и УЗИ показывают, что наступила пременопауза, требуется другой вид гормонов.

А вот в случае, когда с момента стойкого прекращения менструаций прошло более 10 лет, ЗГТ не показана — она может дать обратный эффект.

Также, согласно всем рекомендациям, поздно начинать гормонотерапию, если женщине 65 лет.

Перед назначением ЗГТ требуется ли медицинское обследование?

Обязательно. Это целый перечень исследований, включая лабораторные анализы, УЗИ, маммографию, а также денситометрию, если женщина в группе риска по развитию остеопороза. Все зависит от возраста и состояния ее здоровья, наличия сопутствующих заболеваний.

А они могут помешать гормонотерапии?

Если у женщины больна печень, поджелудочная железа, есть желчнокаменная болезнь, высокое артериальное давление, мигрень, то мы рекомендуем только парентеральную терапию (гормональные гели, пластыри на кожу, влагалищные препараты), чтобы снизить нагрузку на печень.

Почему же многие до сих пор не доверяют подобным препаратам?

Мы особая страна, в которой слово «гормон» имеет невероятно негативное значение. До сих пор живы мифы о росте волос, прибавке веса на фоне приема таких лекарств. Причем бытуют они даже среди медицинской общественности.

Современные препараты для коррекции климактерических расстройств пришли к нам достаточно поздно — до перестройки в России они вообще не закупались. И до сих пор этому вопросу уделяется очень мало внимания.

Вот и выходит, что например, в Швейцарии на 1 млн женщин 45–65 лет ЗГТ получают 153 846, в России на 21 млн — всего 130 769. То есть у нас женщин, нуждающихся в ЗГТ в 21 раз больше, а получающих ее — почти на 23 тысячи меньше. Мы настолько напуганы гормонами? Почему у нас они считаются такими врагами?

Я очень надеюсь, что общими усилиями мы сможем обучить наших женщин тому, что менопауза — это не конец жизни, а лишь переходный этап. Он требует радикального пересмотра образа и стиля жизни. Но все трудности можно преодолеть, если иметь позитивный настрой.