Упаковка инсулина должна стоить 300 рублей

 — Какие взаимосвязи существуют между предприятиями внутри кластера?

— Есть линейка производителей, которые не взаимозависимы, но имеют общие стандарты производства и общий подход к подготовке кадров, и все эти производители работают на общую программу. Например, есть программа гемодиализа, которая включает в себя 21 технологический элемент. Мы решили, что выстроим собственное производство почти всех элементов. Хорошо помню 1992 год, когда мы все элементы этой технологии ввозили. Сегодня ввозится только сам диализатор, все остальное уже российское. Более того, появилась группа предпринимателей, которая на основе именно этой технологии уже построила семь диализных клиник и будет продолжать это делать.

— А что насчет связей с властью?

— Еще в 2008 году во время визита Дмитрия Анатольевича Медведева в Екатеринбург на Уральский оптико-механический завод мы презентовали ему различные инновационные проекты в области фармацевтики, в том числе демонстрировали модель аппарата искусственной почки. И как раз тогда попросили президента РФ дать нам поручение по реализации пилотного проекта сети амбулаторных диализных центров в нашем регионе.

Дмитрий Анатольевич заметил, что не может вот так просто дать поручение обычным людям. Однако спустя пару недель губернатору Свердловской области действительно пришло поручение по строительству диализных клиник в регионе. Сейчас эта программа уже завершена, и мы собираемся повторно поднять вопрос на уровне Медведева о новом «поручении» — строительстве 203 таких клиник по всей России.

— Зачем это вам?

— На самом деле это пример частно-государственного партнерства. И для нас важно показать возможность реализации такой схемы, где государство сможет выполнять основную свою задачу — лечение граждан. Мы выстраиваем единую цепочку, при которой заводы производят и отдают лекарства клиникам, а те оказывают услуги, в этом случае роль государства принципиально меняется. Оно прекращает заниматься закупкой расходных материалов, медицинской техники, лекарств, переподготовкой медицинских кадров. Его задача — только пациент и здоровье.

— У вас очень жесткая позиция по отношению к иностранным конкурентам. Вы действительно можете им противостоять?

— Вообще у нас была простая задача — доказать иностранным компаниям, что время их безраздельной монополии на российском рынке прошло, что стыдно продавать упаковку инсулина за 1200 рублей, когда понятно, что на рынке пачка этого лекарства должна стоить 300 рублей. Когда мы запустили завод «Медсинтез», иностранцы тут же спустили цену на свою упаковку инсулина до 600 рублей, правда, не смогли удержаться и начали поднимать снова. А мы держим сейчас 550 рублей. Но мы добьем производство субстанции инсулина и точно выпустим упаковку инсулина за 300 рублей, причем наши бактерии такие же, как и западные — это генно-инженерный инсулин. И да, мы в теме инсулина абсолютно политизированы, мы не уступим иностранным компаниям и докажем, что нельзя так работать в России.

— Какие медицинские технологии вам видятся самыми перспективными?

— Мы начали думать над глюкометром без прокола пальца. Уже есть опытные образцы, сейчас заканчиваются исследования. Занимаемся совершенствованием флаконов для инсулина, хотим сделать их удобнее в использовании. Есть идеи по созданию сети диагностических центров по сахарному диабету и телемониторинга за состоянием таких пациентов.

— Как это?

— Это когда с помощью сотовых телефонов контролируется давление, пульс, уровень сахара в крови и прочие параметры. И эти данные передаются в единый центр контроля. Если обнаружатся отклонения от стабильного состояния, то пациенту по телефону тут же посоветуют обратиться к врачу. При этом даже если сам человек не чувствует никаких изменений в своем состоянии, прибор уже фиксирует отклонения. Я думаю, эта технология близка к прорыву, и в ближайшие десять лет появится глобальная сеть контроля состояния здоровья. Это спасет жизни.

— А если ваши ставки не оправдаются?

— Надо понимать, что создание инновационных производств — это всегда риски. Любой венчурный проект имеет такую особенность. Но если таких проектов много и они ориентированы на рынок, основаны на новых технологиях и соответствуют потребностям здравоохранения, то ставки на какое-то из этих направлений в любом случае должны оправдаться.

Все крупные фармацевтические компании и кластеры за рубежом так развивались. Для нас тестер глюкозы без прокола пальца может быть тем паровозом, который вытащит весь наш кластер на мировой рынок. А возможно, таким паровозом будет «Триазавирин». То есть появятся один-два проекта, которые дадут максимальную выручку и подтолкнут к развитию других направлений.

Источник: http://www.ria-ami.ru/news/44250